Лучшие врачи по удалению рака простаты

СОДЕРЖАНИЕ
0
35 просмотров
28 января 2019

Рак простаты: лучше лечить или удалять ее?

Первый в России клинический центр протонной терапии, оборудованный поворотным Гентри, начал работу в IV квартале 2017 года. Строительство центра заняло 4 года. Сегодня центр функционирует в рабочем режиме, проводя лечение на протонном ускорителе как взрослых, так и маленьких пациентов с злокачественными опухолями различных локализаций.

Существует несколько возможностей лечения рака простаты с одинаково хорошими прогнозами. Поэтому решение каждого пациента сводится к вопросу: «На какие побочные эффекты я бы вероятнее всего согласился?» О разных методах лечения предстательной железы и их последствиях журналу Quora рассказывает доктор Гари Ларсон, медицинский директор Центра протонной терапии, Оклахома, США:

— Американская Урологическая Ассоциация периодически проверяет все опубликованные материалы с результатами лечения рака простаты и всегда приходит к одному заключению – в целом нет разницы в вероятности излечения, будь то хирургия или лучевая терапия. Если бы один метод лечения явно превосходил все другие, это упростило бы жизнь. Мы, как врачи, тогда бы выбирали именно его. А так как проценты излечимости одинаковые, мужчинам все же необходимо обдумать все варианты и решить, какое лечение им выбрать (или, скажем так, против какого лечения они бы меньше всего возражали).

Прежде чем продолжить, нужно иметь в виду следующие вещи.

Не все, у кого есть рак простаты, нуждаются в лечении – для многих мужчин будет достаточно активного наблюдения, по крайней мере, в течение короткого периода, а вероятно и всей жизни.

Есть только два метода лечения рака простаты – хирургический и лучевая терапия. Такие вещи как криотерапия, фокусированный ультразвук высокой интенсивности, прогревание микроволновым излучением, лазерная абляция и некоторые другие методы могут быть рекомендованы для рака простаты, повторно появившегося после прохождения основного лечения. Но сами по себе они не могут являться основным лечением.

Андрогенное подавление (гормональная терапия) остановит развитие большинства случаев рака простаты, снизит показатель ПСА практически до нуля и сократит новообразования и метастазы в кости, но его эффект будет только временным – от нескольких месяцев до нескольких лет. Как и методы, указанные выше, это само по себе не радикальное лечение, хотя оно может сочетаться с лучевой терапией для повышения вероятности излечения. Андрогенное подавление имеет набор побочных эффектов, включая усталость, потерю мышечной массы, набор веса, потерю либидо, импотенцию, остеопороз и депрессию.

Урологи любят говорить пациентам: «Если вы пройдете хирургическую операцию, вы всегда сможете после нее получить облучение. Но если вы сначала пролечитесь лучевой терапией, то потом вы не сможете пройти хирургическую операцию». По большей части, это является правдивым утверждением, но данное обобщение упускает некоторые определенные факты.

Во-первых, после лучевой терапии редко возникает необходимость проводить хирургическое вмешательство, так как большинство мужчин, не излечившихся от этой болезни, не имеют рецидивов в простате. Наоборот, при рецидивах после лучевого лечения рака простаты в большинстве случаев обнаруживаются злокачественные опухоли в других органах. Как правило, такие пациенты имели скрытое онкозаболевание помимо простаты, которое нельзя было определить до начала лечения. Скоплениям раковых клеток необходимо разрастись до определенных размеров, чтобы они смогли вызвать повышение показателя ПСА и стали заметными.

Если у пациента после лучевой терапии постоянно отмечается повышенный уровень ПСА, а повторные биопсии железы положительные (между прочим, результаты биопсии являются надежными только спустя два года после лучевой терапии, так как раковые клетки отмирают в течение какого-то времени после лечения), то шансы на рецидив только в железе составляют 50%.

Спасительная в этом случае простатэктомия может быть выполнена после лучевой терапии, хотя это трудная операция из-за интенсивного фиброза вокруг железы и пониженного кровообращения – оба состояния являются результатом перенесенной лучевой терапии. Такие операции лучше всего проводить в крупном урологическом центре, где проводится большое количество подобных вмешательств, вместо того, что доверить эту операцию урологу небольшой клиники. Но даже при высоком мастерстве хирурга существует высокий риск возникновения недержания вследствие простатэктомии, проведенной после лучевой терапии.

Так как риск возникновения рецидива рака только в простате составляет 50 на 50, то и шансы на то, что хирургия приведет к излечению также 50 на 50.

Если первичной была хирургическая операция, то в 20-30% случаев после нее пациент должен пройти лучевую терапию для полного излечения. Послеоперационная лучевая терапия дает 90-процентный шанс ликвидации любого оставшегося рака. Кстати говоря, когда хирурги называют общий процент исцелившихся пациентов, они включают в это число и тех мужчин, которые были вылечены только благодаря послеоперационной лучевой терапии, хотя редко упоминают об этом факте в своих публикациях.

Рак простаты обычно растет медленно. Термин «ранняя стадия» имеет отношение к тому факту, что он все еще локализован в простате или, как минимум, в ближайшей перипростатической ткани. Ранняя стадия также может быть низкого, среднего или высокого риска по шкале Глиссона. Уровень риска определяется врачом после обследования материала биопсии по уровню ПСА и в некоторой степени по количеству положительных образцов биопсии.

Хирургическое лечение и последствия

В целом есть два метода выполнения простатэктомии. Открытая – когда хирург делает разрез от лобковой кости до пупка, вырезает простату и некоторые лимфоузлы, потом присоединяет шейку мочевого пузыря к оставшейся уретре (так как промежуточной уретры простаты уже нет) и оставляет катетер на месте на несколько недель для того, чтобы все зажило. Второй способ — роботизированная простатэктомия. Это практически та же самая операция, но выполняется через маленькие разрезы с использованием дистанционно управляемых роботизированных манипуляторов и стереоскопической визуализации. В опытных руках диссекция является более точной и сроки пребывания пациента в больнице короче. В публикациях сообщается о потенциально возможном снижении побочных эффектов, таких как инфекция и кровотечение, но трудно сказать что-то определенное об осложнениях в долгосрочной перспективе, таких как импотенция и недержание.

Основной побочный эффект, который имеет хирургия и которого нет у лучевой терапии, — это недержание. Большинству мужчин требуется от одного до двух месяцев, чтобы восстановить регуляцию функции мочеиспускания, а около 5% прооперированных никогда не восстанавливают контроль над мочеиспусканием, им приходится использовать памперсы до конца жизни.

Импотенция встречается чаще при хирургии по сравнению с лучевой терапией. Хотя хирургические издания часто сообщают о сохранении потенции на уровне выше 50%, они определяют потенцию как «способность получать эрекцию, достаточную для вагинального проникновения». Поэтому если вы можете заниматься сексом в течение 30 секунд, урологи считают вас способным к половому акту.

Я обследовал первых 150 мужчин, которым я проводил брахитерапию в середине 1990-х и просто задал им такой вопрос: «Вы довольны вашей сексуальной жизнью?» Я оставлял им место на опросном листе для подробного ответа. Более 60% ответили, что они довольны их сексуальной функцией. И ни один из тех, кто сказал, что могут только достичь проникновения, не был доволен.

В нашем Протонном центре всякий раз при последующем приеме мы обследуем каждого мужчину, который прошел у нас лечение, при помощи двух средств оценки качества жизни. Первое из них — это опросный лист «Расширенный индекс рака простаты». А другой — анкета сексуального здоровья для мужчин. В нашей базе данных на данный момент более 2600 пациентов и оценки в баллах у более 70% из них показывают, что они удовлетворены своей сексуальной функцией.

В целом мужчины имеют гораздо лучшую сексуальную функцию и несравненно лучший контроль мочеиспускания (так число случаев недержания практически свелось к нулю – оно почти никогда не встречается при лучевой терапии), если они прошли лечение лучевой терапией, в отличие от хирургии.

Каковы минусы лучевой терапии?

Я коснусь этих моментов, так как они имеют отношение к каждому из различных способов, которыми проводится лучевая терапия.

Для пациентов с низким риском, локализованной болезнью (Глиссон 6 гистология с ПСА менее 10 и менее 4 позитивных образцов биопсии) брахитерапия может использоваться как монотерапия. Пациенты приходят для проведения процедуры разметки, при которой врачи определяют точный контур простаты каждые 5 мм сверху донизу, используя трансректальный ультразвук, а затем в компьютерной программе планирования лечения создают 3-D образ простаты. Рассчитывается оптимальная комбинация радиоактивных зерен, они заранее помещаются в иглы для введения их в железу. В день процедуры пациенту делается общая анестезия и используются от 20 до 40 игл для введения от 60 до 120 зерен в простату при помощи трансректального ультразвукового контроля.

Пациент обычно возвращается домой через несколько часов с катетером, установленным на ночь (так как железа может опухнуть, лучше установить катетер, чем ехать посреди ночи в больницу из-за проблем с мочеиспусканием). Мужчины обычно испытывают довольно серьезные неприятные симптомы, связанные с мочеиспусканием: частота позывов, неспособность терпеть, ночные позывы, сниженный напор струи, — которые проходят через месяц.

Пациенты могут иметь некоторые неприятные ректальные симптомы в течение нескольких недель. Может появиться ректальная язва в течение года или двух после процедуры лечения, если некоторые зерна оказались близко к ректальной стенке. Такая язва всегда заживает со временем, если только гастроэнтеролог не решит провести ее биопсию, заподозрив рак. В этом случае она может никогда не зажить, и пациенту понадобится колостомия.

Если у кого то есть факторы риска, кроме указанных выше, тогда одна только брахитерапия не даст достаточно высоких результатов излечения (вследствие того, что были затронуты перипростатические ткани вне пределов досягаемости радиационных зерен). Понадобится добавить двадцать пять процедур облучения внешней радиации для того, чтобы повысить дозу на перипростатические ткани. Основное преимущество брахитерапии — сокращение времени лечения — будет практически утрачено.

При заболевании от среднего до высокого риска, вероятно, придется выбрать внешнюю лучевую терапию как основной метод лечения, а не брахитерапию плюс сокращенный курс лучевой. Обычно курс лучевой терапии состоит курс из 44 процедур за девять недель.

Побочные эффекты внешней лучевой терапии как основного метода лечения рака простаты

Внешняя лучевая терапия может проводиться высокоэнергетическими рентгеновскими лучами, используя технику лучевой терапии с модулированной интенсивностью, или протонной терапией. Я сравню эти два метода. Кстати, Кибер-нож, томотерапия и другие разнообразные линейные ускорители проводят лечение лучевой терапией с модулированной интенсивностью при помощи рентгеновских лучей (фотонов). Между ними в конечном итоге разницы нет, отличаются только машины, которыми проводят лечение. Возможно, вы также слышали термин лучевая терапия с визуальным контролем, который просто означает, что проводится какое-то сканирование пациента на лечебном столе прямо перед проведением лечения. Это может быть КТ, портальное сканирование, стереоскопические рентгеновские лучи и др. Лучевая терапия с визуальным контролем используется со всеми формами лучевой терапии с модулированной интенсивностью, а также с протонной терапией.

Для обоих методов (протоны или фотоны) планирование лечения начинается с КТ сканирования тонкими слоями, которое интегрировано с высоко детализированной МРТ. КТ необходимо для того, чтобы сообщить компьютеру, планирующему лечение, толщину ткани во всех точках, через которые пройдет луч радиации. МРТ дает лучшую анатомическую картинку для определения контура простаты, семенных желез, мочевого пузыря, прямой кишки и т.д.

После нескольких дней, за которые создаются контуры органов, проводится множество опытов с конфигурацией луча, его модуляцией и т.д., вырабатывается оптимальный план лечения. После этого врач проводит проверку соответствия всем условиям для того, чтобы убедиться, что компьютерные расчеты дадут планируемое распределение дозы в ткани. И, наконец, пациент возвращается для первичного «визуального контроля» и первой из 44 процедур.

Радиолог — онколог встречается с каждым пациентом еженедельно и занимается побочными эффектами, которые могут возникнуть. В ходе лечения лучевой терапией с модулированной интенсивностью фотонами это может быть усталость, иногда до такой степени, что пациентам приходится идти домой и спать пару часов во второй половине дня.

После нескольких недель лечения может появиться ректальное раздражение, которое выражается в симптомах от слабой диареи до боли, кровотечения и постоянного ощущения в необходимости опорожнить кишечник, хотя в стуле может быть ничего, кроме небольшого количества слизи.

Также после нескольких недель лечения могут появиться раздражающие урологические симптомы, такие как частота походов в туалет, неспособность терпеть позывы, медленное опорожнение мочевого пузыря и необходимость несколько раз вставать ночью. Они могут длиться несколько недель после прохождения лечения.

Риски, которые могут возникнуть в будущем, включают развитие рака, вызванного радиацией. Кроме долгосрочного риска появления вторичного рака, большинство побочных эффектов проходят за срок от нескольких месяцев до года после окончания лучевой терапии.

Протонная терапия

При протонной терапии побочные эффекты выглядят иначе. Усталость минимальная или отсутствует вообще. (Я лечил одного заядлого велосипедиста, который проехал на своем велосипеде более тысячи миль за девять недель, во течение которых проходил терапию).

Ректальные симптомы почти не встречаются, так как только очень маленький объем прямой кишки получает радиацию. Урологические раздражающие симптомы могут появиться на такой же срок, как и при лечении рентгеновскими лучами (фотонами), хотя обычно они менее серьезны.

Множественные эпидемиологические исследования показали, что существует только минимальное повышение риска возникновения рака после облучения протонами по сравнению с рентгеновскими лучами. Вероятно из-за меньшего объема ткани, получающего какую-то дозу радиации. Если у мужчин и появляются немногие побочные эффекты, они обычно проходят за несколько недель после окончания облучения протонами.

Каковы сравнительные данные по побочным эффектам протонной терапии против лучевой терапии с модулируемой интенсивностью?

Мы объединили наши данные с различными онкологическими центрами, обследовали приблизительно 1000 пациентов, которые прошли лечение рака простаты протонной терапией, и сравнили их показатели качества жизни с мужчинами из контрольной группы, которые не проходили лечение (потому что у не было рака простаты).

Все мужчины заполняли опросные листы касательно качества их жизни каждые три месяца с начала лечения до, как минимум, одного года после лечения. Результаты показали, что пациенты, которые прошли лечение протонной терапией, имели такие же показатели качества жизни, как и те, у которых даже не было рака простаты.

Рак простаты обычно растет медленно. Не позволяйте никому подгонять вас при принятии решения, которое будет иметь последствия до конца вашей жизни.

Удаление простаты при раке

Диагноз «рак простаты» часто становится страшным известием для мужчины. Опасность этого заболевания в том, что развитие злокачественной опухоли может проходить длительное время незаметно, а когда мужчину начинают беспокоить проблемы с дефекацией и мочеиспусканием, появляются боли в костях, суставах, заболевание переходит в стадию метастазирования. Лечение рака простаты врач подбирает, учитывая возраст пациента, наличие сопутствующих заболеваний, которые могут осложняться во время лечения рака, агрессивность опухоли. Удаление рака предстательной железы проводится не всегда, есть определенные условия для назначения хирургического лечения.

В онкологическом отделении Юсуповской больницы выполняют диагностику и лечение рака простаты, используют последние инновационные разработки и препараты. В условиях Юсуповской больницы пациент может пройти полное обследование, диагностические исследования с помощью трансректального УЗИ, КТ, МРТ. В Юсуповской больнице опытный врач-онколог, учитывая все показания и противопоказания, подбирает наиболее эффективное лечение пациентам с раком простаты. В реабилитационном центре больницы пациенты проходят восстановление организма после химиотерапии, брахитерапии, других методов лечения рака.

Рак простаты: операция, отзывы пациентов

Молодым пациентам в большинстве случаев проводится операция по удалению рака простаты. Отзывы пациентов после операции различные: у небольшой части пациентов возникли послеоперационные осложнения в виде травмы прямой кишки, травмы мочеточника. Определенная часть пациентов после операции жалуются на недержание мочи, нарушение эрекции. Эти функции в течение нескольких месяцев восстанавливается.

Операция по удалению рака предстательной железы: методы лечения

Операция при раке предстательной железы не считается оптимальным вариантом лечения. Предстательная железа находится между мочеиспускательным каналом и мочевым пузырем. Раковая опухоль, разрастаясь за пределы долей простаты, поражает стенку мочевого пузыря, мышцы, поддерживающие мочевой пузырь, семенные пузырьки. Хирургическое лечение предстательной железы при раке не предусматривает удаление только пораженной доли простаты. Нарушение функции предстательной железы возникает как при полном удалении простаты, так и при частичном ее удалении. При раке простаты показано полное удаление железы, а также регионарных лимфатических узлов.

Операция по удалению рака простаты выполняется лапароскопическим методом, открытым методом, с помощью робота. Открытая операция проводится через разрез в передней брюшной стенке. Лапароскопический метод менее травматичный, но требует высокого мастерства от хирурга. Лапароскопическое удаление проводится через небольшие отверстия в передней брюшной стенке. Робот Да Винчи – это современная методика хирургического лечения рака простаты, выполняется тончайшим инструментом по специальной программе, лапароскопическим методом.

Онкология предстательной железы: операция или химиотерапия

Показанием для назначения хирургической операции служат следующие факторы:

  • Возрастные критерии – операция проводится мужчинам моложе 65 лет.
  • Исследования рака простаты по Глисону показывают в сумме 6, Результат ПСА показывает менее 10.
  • Исследования рака по Глисону в сумме 7, результат ПСА от 10 до 20.
  • Операция показана молодым мужчинам с показателями по Глисону в сумме 8 и ПСА около 20.

Противопоказанием к применению хирургического лечения становятся сопутствующие раку простаты заболевания, возраст старше 70, недержание мочи, наличие метастазов. Химиотерапия также имеет свои показания и противопоказания. Считается, что химиотерапия малоэффективна при некоторых формах рака простаты. Чаще всего химиотерапию проводят после снижения эффективности гормональной терапии. Показания для назначения химиотерапии:

  • Рак простаты 3-4 стадия с метастазированием опухоли.
  • Гормононечувствительный рак простаты.
  • Послеоперационный рецидив рака простаты.
  • Локальный рак простаты.

Операция по удалению простаты при раке: последствия

Во время и после операции по удалению простаты могут развиться различные осложнения. Во время и после операции есть риск развития кровотечения — простата соединяется с крупными сосудами брюшной полости, при повреждении которых открывается кровотечение. После операции может нарушиться функция мочеиспускания, эректильная функция. Высокий риск угасания эректильной функции после операции у мужчин старшего возраста.

Лечение рака простаты 1 степени без операции

Рак простаты 1 стадии можно диагностировать с помощью теста ПСА. Опухоль очень маленького размера, не пальпируется, не диагностируется с помощью УЗИ в большинстве случаев. ПСА (органоспецифический маркер) помогает определить в крови мужчины клетки простаты. На 1 стадии развития рака больной не чувствует боли, нет выраженных нарушений функций организма. Метод лечения зависит от степени агрессивности опухоли, состояния здоровья, возраста больного. Рекомендуется удаление простаты или проводится комбинированное лечение. Считается, что при проведении брахитерапии и лучевой терапии растет риск рецидива рака. Химиотерапию чаще проводят после удаления опухоли при гормононечувствительном раке.

Сколько стоит операция по удалению рака простаты

Во многих клиниках Москвы проводят операции рака простаты. Операция, стоимость которой зависит от многих факторов, проводится с применением различных инновационных методик. Цена операции рака простаты в клиниках Москвы зависит от методики проведения. Цена лапароскопического удаления рака простаты варьируется от 2500$ до 3400$. Самая высокая стоимость у простатэктомии с помощью робота Да Винчи. Стоимость радикальной простатэктомии в клиниках Москвы варьируется от 44000 рублей до 548535 рублей и выше.

Рак предстательной железы: симптомы и лечение (операция)

Симптомы рака предстательной железы становятся выраженными на 2-3 стадии развития опухоли. Они проявляются в виде дискомфорта в области простаты, нарушения функции мочеиспускания, в некоторых случаях нарушается функция дефекации, эректильная функция, появляется боль в области поясницы и костей таза. На более поздней стадии развития рака больной чувствует постоянную усталость, теряет вес, аппетит, чувствует боль в спине, пояснице, в области паха, промежности.

Рак простаты: какие операции в Москве проводят

В Москве проводят простатэктомию различными методами, в том числе с помощью робота Да Винчи. В нескольких московских клиниках установлены современные роботы-хирурги, которые проводят операции с высокой точностью и минимальным риском осложнений. Во многих клиниках Москвы выполняют лапароскопическую простатэктомию. В онкологическом отделении Юсуповской больницы пациент получит весь спектр услуг. Хирургическую помощь пациентам оказывают не только в Юсуповской больнице, а также в сети партнерских клиник.

Врачи Юсуповской больницы проведут полное обследование больного с учетом состояния здоровья, наличия сопутствующих раку заболеваний, возраста, локализации рака, степени распространения опухоли, её агрессивности, стадии развития. Выбор лечения врач согласовывает с пациентом, предупреждая его о возможных осложнениях в процессе лечения. В случае снижения эффективности терапии рака врач внесет изменения в программу лечения. Записаться на консультацию к врачу можно по телефону.

Из книги нашего пациента Александра Ильина «Дортмундские колокола»

Скачать книгу [335 kb]

Диагноз

Собственно никаких особых симптомов у меня не было. Ну, как не было? Пару раз за ночь «до ветру» встанешь. Нет-нет да ворохнётся в районе предстательной железы что-то вроде лёгкого спазма. Опять же струя свой молодецкий напор потеряла. Эти проявления удобнее всего было относить на счёт случившегося много лет назад простатита. А раз удобнее, так я и относил, хотя время от времени неприятные мысли посещали.

Каждый год УЗИ простаты делал. Врачи даже намёка на аденому не находили. Пару лет назад МРТ прошёл. Тогда, как мне объяснили, разглядели в железе маленькую гиперплазийку, но такую маленькую, что и волноваться о ней не рекомендовали.

Потом решил ежегодно отслеживать ситуацию с онкомаркерами. Пару раз проносило: все показатели укладывались в допустимые пределы. И тут в конце июня получаю на руки результаты анализов, смотрю, а PSA у меня (это маркер на рак предстательной железы), при норме от нуля до четырёх, на семёрку выскочил!

27 июня 2012. Среда. Я не стал откладывать дело в долгий ящик и сразу пошёл на приём к урологу, благо в платной поликлинике и врач на месте, и очереди никакой.

29 июня 2012. Пятница. Карен Владимирович разложил перед собой полученные из лаборатории результаты и заключение УЗИ. Начал он с краткого пояснения.

Значит, так. Если соотношение общего и свободного PSA меньше пятнадцати процентов, это нехорошо. Это свидетельствует о высокой вероятности наличия злокачественного новообразования предстательной железы. У вас данный показатель составляет шесть и пять десятых. В сочетании с данными УЗИ мы имеем неблагоприятный прогноз по раку простаты.

Я не знаю, как это выглядело со стороны, но мне представляется, что в целом я держался неплохо. Я, кажется, даже попытался шутить, задав самый глупый в такой ситуации вопрос:

А хорошие новости у нас есть?

– Хорошие новости есть. Целых три. Первая: судя по всему, процесс удалось отловить на достаточно ранней стадии. Вторая: это лечится. Третья: у вас есть выбор, где можно прооперироваться. Хотите в нашем центре, хотите в Москве, хотите за границей. С простатой сейчас едут в Германию, в Израиль, в Австрию. Правда, австрияков наши люди уже успели испортить – те начали цены задирать… В любом случае не следует впадать в панику. Надо сделать биопсию, и только по её результатам можно будет ставить окончательный диагноз.

6 августа 2012. Понедельник. За результатами биопсии мы поехали вместе с моей женой Люсей. На площадке, как обычно, топталось несколько человек. Нам повезло. Доктор появился через несколько минут, и никто, кроме нас, на него не претендовал.

Ничем хорошим Вас не обрадую. Аденокарцинома подтвердилась. Нашли в трёх пробах из двенадцати. Шестого сентября будем оперировать. Госпитализация – пятого.

А операция полостная? – уточнил я.

Других мы здесь не делаем, – успокоил нас Борис Михайлович. – Хотя в вашей ситуации можно было бы обойтись и лапароскопией.

Полостная операция нас категорически не устраивала.

Телефон и «паутина»

С рвением начинающего старателя Люда засела за Интернет, чтобы намыть там золотой песок необходимой информации, углубилась в изучение предложений по оказанию медицинских услуг соответствующего профиля. Наибольший интерес (читай – доверие) супруга проявила к одной германо-российской медицинской компании.

Смотри, – Люда отвлекла моё внимание от телевизора, – они тут предлагают хирургическое лечение в Центре предстательной железы. Центр расположен в Академической клинике города Дортмунда. «Это старейшая и верная лучшим традициям урологическая клиника в Германии, работающая вот уже более ста лет на благо своих пациентов… Число пациентов, обратившихся к нам за помощью, постоянно растёт…»

Это общие слова, реклама. Что они конкретно предлагают?

– Так… так… «Основные виды деятельности и специализация: урологическая онкология, лапароскопия, химиотерапия, недержание мочи, выведение камней из почек и мочевого пузыря, хирургическое вмешательство при доброкачественной опухоли предстательной железы….». Там ещё дальше есть, но уже ясно, что лапароскопические они делают!

Надо туда ехать. Тем более и наркоз, и лекарства там, по крайней мере, настоящие. И условия, слушай: «Комфортабельные одно- и двухместные палаты, в них – ванная комната, телевизор, радио и телефон. »

Переговоры и оформление

С означенной медкомпанией можно было связаться как напрямую, позвонив в Германию, так и через их отделение в Москве.

В Москве на мой вызов откликнулась женщина. Она представилась Светланой Валентиновной и была вежливо-предупредительной. Выслушав мой короткий рассказ: кто таков, откуда, возраст, диагноз, подтверждённый результатами биопсии, Светлана Валентиновна обнадёжила своим ответом:

Я думаю, мы сможем вам помочь. Присылайте нам результаты ваших исследований, PSA, УЗИ, биопсии, заключения специалистов.

10 августа 2012. Пятница. Через три дня мне позвонили из Москвы и попросили заглянуть в мою электронную почту. Заглянул. Нашёл там депешу. Это было медицинское предложение от компании.

Основные моменты занявшего целую страницу текста сводились к следующему. Лечение предлагалось в Центре предстательной железы в клинике Дортмунда. Оперировать будет профессор Трусс, один из лучших уроонкологов Европы.

Начало программы обследований – двенадцатое сентября.

10 сентября 2012. Понедельник. В аэропорту Дюссельдорфа мы быстро нашлись с Евгением Львовичем. Он ожидал нас в зале прилёта с табличкой «Медкомпания» в руках. О том, что именно он будет нас встречать и отвезёт в отель в Дортмунде, заранее сообщила Светлана Валентиновна из Москвы. Из германского офиса Медкомпании, кроме имени и отчества встречающего, сообщили номер его мобильного телефона.

Евгений помог нам с оформлением в отель, передал телефон с местной симкой и отбыл, пообещав заехать за нами завтра в одиннадцать.

11 сентября 2012. Вторник. Клиническая больница «Норд» города Дортмунда многопрофильна. Поэтому публика из «желающих» весьма разношерстна: посетители пациентов, колясочники с загипсованными ногами, больные на костылях, с ортопедическими воротниками, с повязками на головах и забинтованными руками.

Кабинет профессора Трусса расположен на третьем этаже. Поднимаемся туда на лифте.

Профессор встал из-за стола и поздоровался с нами. Он был в белом халате, одетом на светлую рубашку, воротник которой стягивал красивый полосатый галстук. Мы подсели к столу.

Мы ознакомились с результатами Вашего обследования в России и, к сожалению, вынуждены подтвердить поставленный там диагноз. Наша клиника специализируется на такого рода проблемах. Завтра мы можем Вас госпитализировать, провести дополнительное обследование и необходимую подготовку. Операция будет назначена на послезавтра.

А операция лапароскопическая? – на всякий случай уточнил я.

У нас в клинике большинство операций по удалению простаты проводятся методами минимально-инвазивной хирургии. Полостные операции у нас большая редкость. Они здесь скорее исключение, чем правило.

После того как диспозиция предстоящей битвы за мою жизнь была прояснена, я передал профессору компакт-диск с результатами компьютерной томографии и «стёкла» с препаратами, подготовленными по результатам биопсии, привезённые мной из Краснодара. Он пообещал немедленно передать «стёкла» своим специалистам для дополнительного изучения, поскольку здесь они не очень доверяют выводам зарубежных коллег.

12 сентября 2012. Среда. В девять утра мы были в приёмном отделении клиники. Оно располагалось в огромном холле первого этажа. На пять человек живой очереди работало два окна регистратуры. На этом рубеже отстрелялись довольно быстро. Итогом «викторины» стала белая полоска тонкого пластика, на которую были нанесены мои имя, фамилия, дата рождения и полосатый прямо­угольник штрих-кода. Оказалось, это браслет, и он должен оставаться на руке в течение всего срока пребывания в клинике. Зачем? Ну, например, чтобы дежурный врач или медбратья и сёстры могли быстро получить всю необходимую информацию о больном, обо всех назначениях и рекомендациях лечащего врача вне зависимости от состояния пациента, пусть он просто спит или упал в обморок.

На одном из двух весьма вместительных лифтов (третий только для персонала клиники) поднимаемся на седьмой этаж. Направо от лифтовой площадки отделение урологии: «Станция ND7».

Евгений уверенно ведёт нас по коридору отделения. Люди в белых халатах, попадающиеся нам навстречу, здороваются, кто-то при виде моего багажа на колёсиках ободряюще улыбается.

Вот здесь пока и располагайтесь, – объявил наш гид-переводчик. – Чай, кофе хотите?

Помещение, в котором нам предстояло коротать время, представляло собой длинную, метров двадцати квадратных, комнату. Пяток столиков по два-три стула у каждого, у левой стены изрядное количество пластиковых ящиков с минеральной газированной водой в бутылках зелёного стекла, у самого входа – стол-стойка. На стойке: кружки, блюдца, коробка с набором пакетированного чая, банка растворимого кофе и забавный электрический кипятильник, который из-за его цилиндрической формы и размеров так и хочется назвать «бачком».

Прошло что-то около четверти часа. У нашего столика появился молодой человек в белом халате. Молодой человек отрекомендовался сотрудником отделения урологии и сообщил, что ему поручено провести первичный осмотр и ввести меня в курс предстоящих событий. Мы с Евгением проследовали за ним, оставив Людмилу в «чайной комнате».

Осмотр имел место в процедурном кабинете. Он не занял много времени, а в теоретической части беседы молодой уролог в основном повторил сказанное накануне профессором Труссом и задал примерно те же вопросы. Сегодня в течение дня мне предлагалось провести ряд исследований и подготовительных мероприятий, операция – утром.

Едва мы вернулись в «чайную», как дама в чине медицинской сестры пришла с сообщением, что «герр Ильин может занять своё место в палате». Палата, как и все в этом отделении, была двухместной. Правда, сейчас в ней стояла только одна кровать. Моя. У нас бы, прикинул я, в палате такой площади разместили бы не менее пяти коек.

Сестра сняла полиэтиленовую плёнку, покрывавшую постель, и предложила располагаться. Кровать являла собой творение инженерной мысли. С уныло-казённым сооружением типа «больничная койка» это устройство связывало только предназначение: служить постелью для пациента. Примерно также крестьянскую телегу и современный автомобиль связывает их предназначение: перевозить с места на место седоков и багаж.

Кстати, означенная кровать имела колёса. И, как я скоро убедился, она же служила каталкой, что лишало местный медперсонал возможности принимать участие в такой обычной для их российских коллег послеоперационной забаве, как перетягивание больного с каталки на кровать.

В стационарном положении кровать подключалась к электрической сети, а сложная гидравлическая система позволяла пациенту регулировать своё положение. Для этого на одной из ручек-ограничителей располагался специальный пульт. Хочешь сделать кровать выше или ниже над уровнем пола? Жми кнопку. Нажмёшь другую – часть кровати у изголовья поднимется под нужным углом, и ты уже сидишь: ешь, читай, смотри телевизор. Третья кнопка позволяет собрать матрас этакой гармошкой, делая твоё лежбище похожим на стоматологическое кресло.

Около четырёх часов дня нас посетил доктор Прокофьев. Я поднялся с кровати навстречу вошедшему. Молодой человек лет тридцати-тридцати пяти, русоволосый, в очках.

Меня зовут Денис Анатольевич, – поздоровавшись, представился он.

Ильин, из Краснодара, – отрекомендовался я.

Завтра с профессором Труссом мы будем вас оперировать. Мы посмотрели результаты биопсии, которые вы привезли с собой. Ситуация сложнее, чем представлялось вашим специалистам, делавшим заключение. Мы обнаружили клетки аденокарценомы не в трёх, как отмечено у них, а в восьми пробах из двенадцати. И Глисон: в среднем семь, в одной пробе восемь. Поэтому убирать будем не только саму железу, но и часть прилегающих тканей, включая близлежащие лимфатические узлы.

13 сентября 2012. Четверг. Минут пятнадцать седьмого мне устроили побудку. Пани Блондинка сунула мне в ухо электронный градусник. Через пять секунд он пискнул, показав тридцать шесть и шесть. Фрау Шатенка вколола в предплечье шприц игрушечных размеров. На мой вопрос: «Что это?» – ответила кратко, но чётко: «Антитромбоз»…

Gutenmorgen! – приветствовал я давешнего анестезиолога и его ассистенток.

Morgen! – нестройным эхом отозвались они, будучи занятыми подготовкой к погружению пациента, то есть меня, в спасительный сон.

Реанимация

Сначала вернулся слух. Прошло некоторое время, прежде чем монотонное «бу-бу-бу-бу-бу…» трансформировалось в членораздельную речь.

Доброе утро! Просыпаемся! – это мне.

«Доброе утро. » – почему-то мне казалось, что дело должно быть к вечеру.

Доктор Прокофьев помахал рукой, словно пытался разогнать мутную пелену у меня перед глазами.

Операция прошла успешно. Опухоль удалена. Всё нормально.

Утро второго дня

14 сентября 2012. Пятница. В реанимационном боксе было три или четыре чудо-кровати. Занимавшие их пациенты были подключены к аппаратам, в которых я ничего не понимаю, поэтому об их назначении можно было только догадываться. По небольшим мониторам, прямо как в кино, бежали разноцветные линии, отражавшие наше состояние.

В начале четвёртого наша палата заполнилась людьми в белых халатах. Накануне выходных руководство отделения проводило обход. Были профессор Трусс, доктор Прокофьев, давешний молодой худощавый уролог, что проводил первичный осмотр в день госпитализации, и ещё пара человек, включая дежурную сестру.

15 сентября 2012. Суббота. Побудка была быстрой и решительной, как работа группы спецназа. Проворковав своё «Morgen!», сёстры атаковали меня с двух сторон. Пока одна колола в плечо суточный «антитромбоз», вторая ткнула в ухо термометр, который немедленно пискнул, выдав оптимистичные тридцать шесть и восемь. Завтрак подали в восемь ноль-ноль. Утро ознаменовалось ещё одним приятным событием. Дежурный врач, осмотрев меня, дал команду снять у меня ручной и шейный катетеры, а также удалить дренаж: в нём уже была чистая лимфа.

17 сентября 2012. Понедельник. Градусник в ухо, укол «антитромбоза» в плечо: начался новый день, началась новая неделя. Оставив «сестёр быстрого реагирования» поправлять постель, я пошёл наматывать шаги по коридору. После завтрака настала пора уборки помещения. Ежедневно в определённое время наша палата подвергается этой процедуре. Процесс наведения (или всё-таки поддержания?) чистоты носит тотальный характер. Для начала все горизонтальные и вертикальные поверхности столов, кресел, полок, боковин и спинок кроватей, прикроватных тумбочек, светильников и даже висевших на стенах картин протираются от пыли. Затем следует влажная уборка пола с последующей его протиркой для ликвидации излишков влаги. В завершение центр битвы за чистоту на несколько минут перемещается в санузел, и после негромкого «фидерзейн» дверь в палату закрывается с обратной стороны.

Когда я узнал, что при мытье полов в отделении для каждой палаты используется своя отдельная тряпка, которая после уборки помещения сдаётся в стирку, мне показалось, я только что отложил в сторону один из советских научно-популярных журналов.

18 сентября 2012. Вторник. Нет, ребята, всё-таки сидя есть вкуснее! К такому глубокомысленному заключению я пришёл во время завтрака. Сегодня я первый раз ел сидя.

В палате появился доктор Прокофьева.

У вас всё нормально! Опухоль удалили полностью. Она не вышла за пределы капсулы. Вы теперь здоровый человек! Поздравляю.

Я обалдел и пытался найти что сказать. Наверное, это был вызванный острым ощущением счастья ступор.

22 сентября 2012. Суббота. Даже в выходные жизнь отделения текла своим чередом: «антитромбозный» укол в плечо, градусник в ухо, приведение постели в порядок. После прогулки по коридору, кофе и завтрака – отдых в горизонтальном положении.

В палате полным ходом идёт битва за чистоту. Наблюдаю. Пришла Люда, и мы пошли гулять. Сегодня я расширю пространство до пределов окружающего клинику парка!

23 сентября 2012. Воскресенье. Кажется, по воскресеньям в Дортмунде колокола звонят особенно красиво. Радующий душу перезвон льётся через открытое окно больничной палаты. Кажется, что звоны доносятся из разных концов города.

25 сентября 2012. Вторник.

Во время утреннего обхода, в отсутствие профессора, я доложил доктору Прокофьеву, что чувствую я себя вполне хорошо. Денис Анатольевич сказал, что за меня рад и что теперь я могу отдыхать и собираться.

«На дорожку» мне было выделено некоторое количество материальных ценностей в виде упаковки прокладок, пузырька «Обстинола М», обезболивающих таблеток, пластинки антибиотиков и уже ранее надетых эластичных чулков и нитчатых трусиков. Чулки рекомендовалось не снимать до завершения авиаперелёта.

В конце рабочего дня зашёл даже профессор Трусс, чем весьма удивил и порадовал. Пожелал скорейшего восстановления и хорошей дороги домой.

Источники: http://protherapy.ru/protontherapy/rak-prostaty-lucse-lecit-ili-udalat-ee, http://yusupovs.com/articles/oncology/udalenie-prostaty-pri-rake/, http://www.medhaus.ru/pages/otziv_ilin_rak_prostati/

Комментировать
0
35 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
Adblock detector